Who should read *Blackout* by Candace Owens?

This book targets readers interested in conservative perspectives on race, politics, and self-empowerment. It appeals to those questioning progressive policies, exploring political alternatives, or seeking critiques of Democratic strategies. Owens’ personal story resonates with individuals valuing resilience and ideological independence.

Is *Blackout* worth reading?

*Blackout* offers provocative arguments for readers open to conservative viewpoints on race and governance. While polarizing, its mix of historical analysis, policy critique, and personal narrative provides a counter-narrative to mainstream discourse. Critics argue it oversimplifies systemic issues, but supporters praise its unapologetic stance.

What are the main arguments in *Blackout*?

Owens contends Democratic policies trap Black Americans via welfare dependency, abortion access, and identity politics. She claims initiatives like the Great Society eroded nuclear families, while #MeToo and BLM harm Black men. Her solution: embrace conservative values, faith, and economic independence.

How does Candace Owens view the Democrat Party’s history in *Blackout*?

Owens traces Democratic racism to post-Civil War segregationists and likens modern policies to “soft slavery.” She highlights LBJ’s 1960s welfare programs as deliberate efforts to weaken Black autonomy, arguing the party exploits votes without delivering progress.

What is the "Blexit" movement mentioned in *Blackout*?

Blexit (Black Exit) urges Black voters to leave the Democratic Party. Owens frames it as rejecting victimhood, miseducation, and paternalistic policies. The movement promotes conservative values, entrepreneurship, and skepticism toward progressive social agendas.

How does *Blackout* address abortion and the #MeToo movement?

Owens argues abortion disproportionately targets Black communities, calling it “genocide.” She criticizes #MeToo for harming Black men through false accusations and believes both issues reflect Democratic manipulation rather than empowerment.

What role does faith play in *Blackout*?

Owens positions Christianity as central to Black resilience, criticizing progressive secularism. She ties declining church attendance to social fragmentation and advocates faith-based solutions to poverty and systemic challenges.

Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии: How Black America Can Make Its Second Escape from the Democrat Plantation book cover

Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Q: What is *Blackout: How Black America Can Make Its Second Escape from the Democrat Plantation* about?

*Blackout* critiques Democratic Party policies, arguing they perpetuate dependency and victimhood in Black communities. Candace Owens advocates for conservative principles, self-reliance, and a political realignment, citing historical racism in Democratic initiatives like LBJ’s Great Society. She blends memoir with analysis, sharing her journey from poverty to political influence while challenging narratives about race and governance.

How Black America Can Make Its Second Escape from the Democrat Plantation

Candace Owens

4.4(14730 Reviews)

Обзор: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Бестселлер New York Times Кэндис Оуэнс призывает афроамериканцев отказаться от демократических «нарративов жертвенности», основываясь на ее личном пути от бедности к успеху. Этот скандальный манифест с предисловием Ларри Элдера, выпущенный во время выборов 2020 года, спровоцировал движение #Blexit, которое меняет политическую идентичность чернокожих.

Выберите способ повествования

Изучите Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии» в разных стилях обучения

Те же идеи из Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии. Выберите подходящие вам голос, глубину и темп. Меняйте в любое время.

Глава 1

Не подростковый роман, а манифест

Если вы введёте слово «Блэкаут» в поисковик, то, скорее всего, наткнётесь на подростковый роман о шестерых квир-подростках, оказавшихся в обесточенном Нью-Йорке. Та книга вышла в 2021 году. Но сегодня мы говорим совсем о другом. Наш «Блэкаут» был написан годом ранее. Его автор — Кэндес Оуэнс, на тот момент одна из самых обсуждаемых чёрных консервативных активисток в Америке. И подзаголовок книги сразу объясняет, с кем и о чём она собирается спорить: как чёрной Америке совершить второй побег с того, что сама Оуэнс называет «демократической плантацией». Оуэнс пришла к этой позиции не из академических аналитических центров. Её взгляд сформировался в детстве, которое прошло в кишащей тараканами квартире в Стэмфорде, штат Коннектикут. На него повлияли расистские угрозы в старших классах, ставшие громким делом на всю страну, а потом период анорексии и бесконечных вечеринок в двадцать с небольшим. И наконец, один телефонный звонок от умирающей бабушки, который, как говорит сама Оуэнс, полностью перевернул её мировоззрение. К моменту выхода книги с предисловием радиоведущего Лэрри Элдера прямо перед выборами 2020 года Оуэнс уже основала движение BLEXIT, выступала в Конгрессе США и собрала такую аудиторию, что одним твитом могла охватить больше людей, чем вся вечерняя программа телеканала CNN. Книга стала бестселлером. И как бы вы ни относились к её политическим взглядам, логика автора заслуживает внимательного анализа. В её основе лежит не абстрактная теория, а конкретные цифры: уровень безработицы, статистика браков, количество абортов — десятилетия данных, которые, по её мнению, просто тонут в общем шуме. Аргументация Оуэнс строится из трёх частей. Сначала — переосмысление истории: рабство, законы Джима Кроу, «Новый курс» Рузвельта, программа «Великое общество». Всё это предстаёт совсем не в том свете, в каком преподаётся в школах. Во-вторых — разбор того, как СМИ, политики и сама культура жертвенности заставляют эту историю работать на одну конкретную партию. И в-третьих — та часть, которую обычно пропускивают в рецензиях: конкретные обвинения в адрес социальной политики, абортов и разрушения полной семьи. А сквозь всё повествование проходит одна сквозная мысль: выбор между позицией жертвы и позицией победителя. Выбор между представлением о том, что жизнь с вами просто случается, и пониманием, что вы сами меняете этот мир. И начнём мы там же, где начинает Оуэнс. Не с политических манифестов, а с истории про её дедушку и дробовик.

Глава 2

Табачная ферма и голосовое сообщение

Вся концепция личной ответственности против позиции жертвы держится для Оуэнс на одном человеке. Это её дедушка по отцовской линии. Он родился в 1941 году в Северной Каролине, в городе Фейетвилл, в семье из двенадцати детей, работавших на арендованной земле. В пять лет его обязанностью было раскладывать табак на чердаке для сушки, пока каролинское солнце не раскалит крышу до невыносимости. Его отец был гулякой и бросил семью ради любовниц. Будучи подростком, дедушка Оуэнс однажды пришёл к дому одной из этих женщин и сказал отца вернуть долг семье и вести себя как мужчина. В тот день он решил, что станет совсем другим человеком. Он рос в эпоху возрождения Ку-клукс-клана, окормляемой президентом Вудро Вильсоном. Того самого Клана, который в 1866 году основали шесть ветеранов-конфедератов и первым Великим магистром которого стал делегат Национального съезда Демократической партии Натан Бедфорд Форрест. Их лозунгом в 1868 году было: «Это страна белого человека, пусть белые и правят». Ночью клановцы подъезжали к дому его семьи и стреляли по окнам. Дети прятались под кровать. А его отец брал дробовик и стрелял в ответ. Но вот деталь, которая поражает больше всего: когда дедушка рассказывает эту историю сегодня, он называет нападавших просто «мальчишками». Не монстрами, не кошмаром из прошлого — мальчишками. Оуэнс видит в этом тихую и окончательную победу: человек просто отказался отдавать злу право определять его воспоминания. В шестнадцать лет он уехал на север, в Коннектикут, познакомился с будущей бабушкой Оуэнс, позвонил отцу и сказал, что не вернётся. В семнадцать они поженились. Спустя десятилетия, когда девятилетняя Кэндес с семьёй из шести человек ютилась в обветшалой трёхкомнатной квартире, бабушка с дедушкой просто пришли и забрали всех детей и родителей к себе в чистый, ухоженный дом. Чтение Библии, молитва перед едой, подъём в четыре утра — Оуэнс называет это своим первым настоящим знакомством с консерватизмом, хотя тогда она даже не знала этого слова. В старших классах этот фундамент дал трещину. В 2007 году, вернувшись домой от парня, Оуэнс обнаружила на автоответчике четыре сообщения. Это были жестокие расистские угрозы с неизвестного номера. В ту ночь она ничего никому не сказала. Но на следующее утро, на уроке, где обсуждали острые темы, всё же поделилась произошедшим. Уже через несколько дней её лицо было на первых полосах всех газет штата. Отчасти потому, что одним из участников травли оказался четырнадцатилетний сын мэра Стэмфорда — будущего губернатора от Демократической партии. Представители Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения приехали под вспышки камер, но с самой Кэндес даже не поговорили. Потребовалось шесть недель и расследование ФБР, чтобы сняли подозрения с неё самой — её же пытались сделать соучастницей. А потом, по её словам, все просто исчезли, оставив её один на один с травмой. Дальше была не сила, а надлом. Алкоголь, драки, четыре года анорексии и ощущение, что мир вокруг враждебен, а сама она ни на что не влияет. Вытащила её из этого состояния смерть бабушки в 2013 году. Прилетев в Северную Каролину и рассчитывая на короткую выписку из больницы, Оуэнс всё время хвасталась своей новой работой и дорогой сумочкой. Бабушка видела её насквозь. «Я переживаю за тебя в Нью-Йорке, — сказала она. — Мне кажется, ты теряешь себя». Через десять дней бабушки не стало, а эта фраза так и осталась звучать у Кэндес в голове. Оуэнс описывает, как сидела и задавала себе вопрос, который позже станет основой всего, что она напишет: «А что, если мир не просто случается со мной? Что, если это я меняю этот мир?» Именно этот вопрос — позволяете ли вы истории и обстоятельствам диктовать вашу судьбу или пишете её сами — становится поворотным моментом в её переосмыслении истории чёрной Америки. И первое, к чему она обращается, — это «Новый курс» Рузвельта.

Следите за каждым словом во время прослушивания

Читайте Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии» вместе с аудио: каждое слово подсвечивается в реальном времени.

Глава 3

Государство, которое нас подводило

Если личная ответственность — это лекарство, то зависимость от государства — это болезнь, которую Оуэнс диагностирует на примере двух самых прославляемых президентов-демократов в истории США. В марте 1936 года колумнист газеты Pittsburgh Courier призывал чёрных читателей переизбрать Франклина Рузвельта, утверждая, что его администрация сделала для них больше, чем кто-либо до этого. В ноябре того же года 71 процент чёрных избирателей поддержали Рузвельта, обеспечив ему разгромную победу. Но взамен, как утверждает Оуэнс, они получили катастрофу, упакованную в форму помощи. Администрацию восстановления национальной промышленности, созданную для повышения зарплат и возвращения людей к работе, в чёрных кварталах быстро переименовали. Ее называли не иначе как «Акт об увольнении негров» или «Закон об очередном грабеже чёрных». Установленный государством уровень минимальной зарплаты просто выбросил неквалифицированных чёрных рабочих с рынка труда, а профсоюзы, получившие силу благодаря тому же закону, прямо запрещали чёрным вступать в свои ряды. При этом снижать цену на свои услуги, чтобы конкурировать за рабочие места, чёрным работникам было запрещено по закону. 1930 год стал последним разом, когда уровень безработицы среди чёрного населения был ниже, чем среди белого. Таковым он и оставался всё десятилетие. На юге государственные выплаты фермерам за отказ от засева полей выгнали чёрных арендаторов с земли, которую они обрабатывали поколениями. А когда они начали жаловаться, южные демократы добились отмены этих выплат. В это же время Элеонора Рузвельт играла роль сочувствующего лица администрации: продвигала законы против линчевания, которые её муж так и не подписал, и создавала «чёрный кабинет» советников, которые не имели никакого реального влияния на политику. Это была лишь приятная маска на программе, уничтожавшей экономическую жизнь чёрного населения. Тридцать лет спустя другой президент-демократ разыграл похожую карту, и последствия этого ощущаются до сих пор. Программа Линдона Джонсона «Великое общество» привязала получение социальной помощи к отсутствию трудоспособного мужчины в доме. Мать буквально лишалась выплат, если у нее был муж или партнёр. Система выплат стимулировала одинокое материнство и ничего не давала мужчинам за сохранение семьи. Цифры говорят сами за себя: в 1963 году 72 процента цветных семей состояли в браке и жили вместе. К 2017 году эта цифра рухнула до 27 процентов — падение на 45 пунктов. В белых семьях этот показатель тоже снизился, с 89 до 51 процента, но не так катастрофически. Статистика по холостым мужчинам показывает ту же картину: в 1960 году не состояли в браке 29,6 процента чёрных мужчин против 24,4 процента белых — разница всего в 5 процентных пунктов. К 2017 году этот разрыв вырос почти до девятнадцати пунктов: количество холостых чёрных мужчин приблизилось к 52 процентам. Именно эти данные радиоведущий Лэрри Элдер привёл в разговоре с поражённым либеральным интервьюером — и этот фрагмент в своё время повлиял на переход самой Оуэнс к консерватизму. Даже во времена рабства у чёрного ребёнка статистически было больше шансов расти в семье с обоими родителями, чем сегодня. Сам Барак Обама в речи на День отца в 2008 году приводил похожие цифры: дети без отцов в пять раз чаще живут в бедности, в девять раз чаще бросают школу и в двадцать раз чаще оказываются в тюрьме. Джонсону приписывают фразу, которую трудно подтвердить документально, но которую часто цитируют историки: якобы он сказал двум губернаторам, что благодаря пособиям чёрная Америка будет «голосовать за демократов следующие двести лет». Произносил он эти слова или нет, Оуэнс считает сам результат исчерпывающим доказательством. Программа, подававшаяся как спасение, из поколения в поколение работала как поводок. Но вмешательство государства в жизнь семьи не ограничивалось чеками на пособия. Оно зашло глубже и тихо повлияло на то, кто вообще появляется на свет.

Глава 4

Война в материнской утробе

Вот факт, о котором редко говорят в дискуссиях о свободе выбора: Маргарет Сэнгер, основательница организации, ставшей затем Planned Parenthood, с 1939 по 1942 год руководила так называемым Проектом «Негро». Его целью было распространение контроля над рождаемостью среди бедного чёрного населения на Юге. Сэнгер привлекала к этой кампании чёрных священников. В личной переписке она отмечала, что духовенство нужно обучить «нашим идеалам и целям», потому что доверие к ним поможет скрыть истинные мотивы. Сэнгер действовала в рамках евгенического движения, которое считало бедных, инвалидов и чёрных американцев «неполноценными» для размножения. Это движение было настолько мейнстримным, что принудительная стерилизация чёрных женщин на юге стала обычным делом. Её даже называли «миссисипской аппендэктомией» — женщинам говорили, что делают операцию по удалению аппендикса, а просыпались они уже бесплодными. Именно отсюда берёт начало статистика, сохраняющаяся и сегодня. С момента легализации абортов в 1973 году показатель абортов среди чёрных женщин составляет 401 на 1000 живорождений — это более чем в три раза выше, чем у белых женщин. Чёрные женщины составляют 13 процентов женского населения США, но на них приходится почти 40 процентов всех абортов в стране. Исследования, на которые ссылается Оуэнс, показывают, что почти 80 процентов клиник Planned Parenthood находятся в пешей доступности от чёрных или латиноамериканских кварталов. По её подсчётам, с момента решения по делу «Роу против Уэйда» было не рождено девятнадцать миллионов чёрных младенцев. Один из священников даже предупреждал, что при сохранении таких тенденций голос чёрных избирателей может потерять статистическую значимость уже через поколение. Рональду Рейгану приписывают точное наблюдение: все, кто выступает за аборты, уже успели родиться. Оуэнс не пытается спорить об этике процедуры в абстрактном ключе — она указывает на системность. Та же партия, которая построила свою коалицию на протесте против несправедливости, сделала своей главной благотворительной иконой структуру, созданную для сокращения чёрного населения. Пособия убрали из семей отцов. Аборты, в этой логике, уничтожают решение о создании семьи ещё до того, как она успевает сформироваться. Два рычага одного механизма. И если семья становится первой жертвой, то второй, как утверждает Оуэнс, оказывается само представление о взаимных обязательствах мужчин и женщин. Здесь на сцену выходит современный феминизм, и параллели со старыми формами несправедливости становятся пугающе точными.

Получите больше: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Получайте новые идеи каждый день из более чем 100 000 уроков
Слова подсвечиваются синхронно с аудио
Ваша библиотека сохранена на всех устройствах

Глава 5

Кому из женщин верить

Современный феминизм в изображении Оуэнс — это не борьба за избирательное право или равную оплату труда, которую вели феминистки первой волны. Она называет его интерсекциональным феминизмом и утверждает, что его реальная функция сегодня — утверждать принцип, по которому обвинение против мужчины фактически приравнивается к его вине. Самый яркий пример, который она разбирает, — слушания по утверждению Бретта Кавано в Верховный суд в 2018 году. Кристин Блази Форд обвинила его в нападении, произошедшем много лет назад на вечеринке. Все названные ею свидетели либо отрицали, что помнят подобное, либо вообще утверждали, что не знают Кавано. Её адвокат Дебра Кац публично называла себя частью «сопротивления» администрации Трампа. Сбор средств на платформе GoFundMe на защиту Форд принёс более 647 тысяч долларов. Ничто из этого сам по себе не доказывает ложность обвинений. Но мысль Оуэнс в другом: культура вокруг этого процесса, выраженная в хэштеге «верьте всем женщинам», вообще не требовала доказательств. И требование «верить женщине без вопросов» должно пугать любого, кто помнит, чем исторически подобный подход оборачивался именно для чёрных мужчин. У этой истории есть имя: Эмметт Тилл. Четырнадцатилетний подросток, жестоко убитый в Миссисипи в 1955 году после того, как его обвинили в том, что он свистнул в след белой женщине по имени Кэролин Брайант в магазине. В 2007 году, спустя более пятидесяти лет, Брайант призналась писателю Тимоти Тайсону, что её показания о том, будто Тилл хватал её и приставал, были ложью. Это признание опоздало на полвека. Оуэнс подчёркивает, что это история не только из времён сегрегации. Она приводит в пример Малика Сент-Хилера, чёрного студента и игрока в американский футбол. Его исключили из колледжа и лишили стипендии после того, как сокурсница Никки Йовино обвинила его и его друга в изнасиловании. Позже в показаниях полиции она призналась, что выдумала всё, чтобы не потерять интерес другого парня. В итоге Йовино признала вину в ложном доносе и отсидела год в тюрьме. Сент-Хилер прямо сказал в суде: его жизнь была разрушена, и вернуть всё назад уже невозможно. В этой истории есть и горькая ирония. Ребекка Латимер Фелтон, одна из самых известных суфражисток страны и первая женщина в Сенате США, в 1897 году заявляла, что линчевание чёрных мужчин — это необходимая защита чести белых женщин, и если нужно, его стоит проводить «хоть тысячу раз в неделю». По мнению Оуэнс, сегодняшняя логика — защитить обвинителя, проигнорировать улики, принести в жертву обвиняемого ради «высшей цели» — просто сменила расовый акцент на гендерный, ничуть не изменившись по сути. И если феминизм выступает одним из каналов этой логики, то медиа становятся для неё главным усилителем. Именно здесь работу всей этой системы проще всего увидеть в реальном времени.

Глава 6

Фабрика страха

Осенью 2019 года всплыла видеозапись, на которой ведущая телеканала ABC Эми Робах, не зная, что её записывают, возмущалась: у неё три года был готов материал о Джеффри Эпштейне, включая интервью с одной из жертв, но руководство отказалось пускать его в эфир. Билл Клинтон, по имеющимся данным, летал на самолёте Эпштейна более двадцати раз. Рассказ Робах намекает, что историю замяли не из-за отсутствия ценности, а потому что она задевала влиятельных союзников партии, поддерживаемой руководством канала. Это та же схема, которую Ронан Фэрроу описывает в отношении телеканала NBC в ситуациях с Харви Вайнштейном и Мэттом Лауэром: медиа-аппарат сам решает, какая правда выгодна его стороне, а какую следует утаить. Такая же избирательность видна и в освещении темы полицейского насилия. В резонансном интервью Лэрри Элдер сказал поражённому либеральному ведущему, что из примерно 965 человек, застреленных полицией за год, лишь около четырёх процентов были безоружными чёрными, убитыми белыми офицерами. При этом в одном только Чикаго 70 процентов убийств происходят внутри чёрного сообщества, и большинство из них остаются нераскрытыми. Публицист Хизер Мак Дональд приводит ещё более жесткие цифры: в 2015 году вероятность гибели полицейского от рук чёрного мужчины была более чем в 18 раз выше, чем вероятность гибели безоружного чёрного мужчины от рук полицейского. Данные ФБР за 2018 год показывают, что из 2925 убитых чёрных американцев 2600 были убиты другими чёрными, и только 234 — белыми (включая, но не ограничиваясь полицией). А совместное исследование Университета штата Мичиган и Мэрилендского университета показало: главным фактором применения оружия полицией является не расовая предвзятость, а общий уровень преступности в конкретном районе. Более того, чёрные офицеры, живущие в тех же районах, стреляют в чёрных подозреваемых ничуть не реже своих белых коллег. Разрыв между нарративом и фактами проявился особенно резко после гибели Джорджа Флойда в мае 2020 года. В течение нескольких дней его портреты появились на муралах по всему миру, а журналисты начали называть его «добрым гигантом». При этом его реальная биография, которую Оуэнс разбирает в деталях, включала несколько судимостей и вооружённое нападение с вторжением в дом, а токсикологический отчёт показал наличие фентанила и метамфетамина в крови в момент ареста. На той же неделе 77-летний Дэвид Дорн, чёрный капитан полиции в отставке, был застрелен при защите ломбарда от мародёров во время начавшихся беспорядков. Его убил другой чёрный мужчина — как и подавляющее большинство чёрных жертв убийств. Никаких муралов. Никаких мемориалов. Оуэнс утверждает, что СМИ не освещают то, что на самом деле больше всего угрожает жизням чёрных, потому что история о преступности внутри сообщества не требует злодея в полицейской форме. А без такого злодея невозможно убедить людей снова искать защиты у партии, обещающей всё исправить. Эта жажда найти внешнего врага, считает Оуэнс, начинает разрушать общество изнутри. И самым ярким доказательством становятся не новости, а выбор, который делают сами люди.

Следите за каждым словом во время прослушивания

Глава 7

Добровольная клетка

В ноябре 1960 года шестилетняя Руби Бриджес вошла в начальную школу имени Уильяма Франца в Новом Орлеане, став её первой чёрной ученицей. Она шла сквозь разъярённую толпу, которую поначалу приняла за празднование Марди Гра. Почти все белые семьи забрали своих детей из школы. Лишь одна учительница, Барбара Генри, осталась и целый год учила её в пустом классе. Это один из самых известных символов интеграции в истории США. Оуэнс противопоставляет этот кадр совершенно другой картине 2018 года: Союз чёрных студентов Колледжа Уильямс проводит собрание, обсуждают чувство «обособленности» в преимущественно белом кампусе. Итогом становится официальное предложение, поддержанное редакцией студенческой газеты, — создать отдельные общежития, где чёрные студенты могли бы жить изолированно от остальных. На этот раз разделения требовали не сегрегационисты. Этого требовали сами студенты. Оуэнс называет это результатом гиперопеки: сообщество добивается реальной свободы, а затем, в отсутствие настоящей угрозы, начинает выдумывать новые стены, чтобы за ними спрятаться. Иногда эти стены строятся на историях, которые оказываются выдумкой. В 2019 году двенадцатилетняя Амари Аллен заявила, что трое белых одноклассников в христианской школе (где преподавала жена вице-президента Майка Пенса) силой подстригли её и выкрикивали оскорбления. Об этом передавали все крупные телеканалы. Записи с камер наблюдения показали совсем другое, и в итоге Аллен призналась, что всё придумала. Это напоминает другой случай: в 1987 году пятнадцатилетняя Тавана Броули обвинила четверых белых мужчин в жестоком нападении, получила поддержку Билла Косби, Дона Кинга и Майка Тайсона, а позже grand jury выяснила, что она всё инсценировала. Или случай 2006 года с игроками в лакросс из Университета Дьюка: троих спортсменов публично объявили насильниками, тренера уволили, сезон отменили, а потом история обвинительницы рассыпалась, и все обвинения сняли. Это не означает, что расизм исчез. Это значит, по мнению Оуэнс, что культура, настроенная на поиск жертвы, иногда начинает создавать эту жертвенность искусственно, когда реальности не хватает. При этом каждый сфабрикованный случай подрывает доверие к реальным трагедиям. Разрыв в уровнях грамотности между белыми и чёрными четвероклассниками в 2017 году составлял 26 пунктов — ровно столько же, сколько и двадцать пять лет назад. Вот настоящая проблема, требующая внимания, но о ней говорят куда меньше, чем о громких фейках. И если добровольная изоляция — это один тупик, то надежда на государство как на вечного опекуна — другой. И есть страна, которая прямо сейчас показывает, чем заканчивается этот путь.

Глава 8

Социалистическая иллюзия

Венесуэла — это пример, к которому Оуэнс возвращается снова и снова. При Николасе Мадуро, правящем с помощью указов с 2013 года, частные предприятия экспроприировались, контроль над ценами вызвал тотальный дефицит, а печать денег привела к гиперинфляции. В 2018 году валюту пришлось полностью заменить, но это не помогло. Миллионы венесуэльцев бежали из страны, которая обещала о них позаботиться. Как замечает Оуэнс, именно социалистические государства строят стены, чтобы удержать своих граждан внутри, тогда как капиталистические обвиняют в постройке стен для защиты от притока людей снаружи. Оценка Трампа, которую она цитирует с одобрением, сводится к тому, что трагедия Венесуэлы — это не плохая реализация социализма, а как раз его последовательное воплощение. Оуэнс видит американский аналог этой логики в молодой конгрессвумен Александрии Окасио-Кортес, с которой её часто сравнивают из-за возраста и масштаба аудитории. Когда компания Amazon предложила построить вторую штаб-квартиру в районе Лонг-Айленд-Сити — рабочем квартале, где около 28 процентов населения составляют латиноамериканцы, а 10 процентов — чёрные, и где безработица была выше средней по стране, — Окасио-Кортес возглавила кампанию против сделки. В результате регион потерял десятки тысяч обещанных рабочих мест и миллиардные инвестиции. Оценка Оуэнс жестка: конгрессвумен одержала символическую победу над корпорацией, а жители её округа просто остались без работы. Фраза Маргарет Тэтчер о том, что социализм заканчивается тогда, когда заканчиваются чужие деньги, и образ Уинстона Черчилля о человеке, пытающемся поднять себя за ручку ведра, в котором сам же и стоит, вспоминаются здесь не случайно. Математика не меняется от того, кто считает. Контраргумент Оуэнс опирается на историю. С 1900 по 1914 год — в эпохи, когда не было ни социальных пособий, ни программ поддержки, ни институциональной защиты от дискриминации, — число предприятий, принадлежащих чёрным американцам, выросло с 20 до 40 тысяч. Это время называют Золотым веком чёрного бизнеса, и связано оно с такими фигурами, как Букер Т. Вашингтон и его Национальная негритянская бизнес-лига. Вывод Оуэнс заключается не в том, что трудности закаляют. А в том, что зависимость никогда не способствовала развитию. Самообеспечение создало класс предпринимателей ещё до того, как государственное вмешательство попыталось вмешаться, — и это единственное, что действительно сработало. Однако освобождение от этой зависимости требует отказа от вещей, которые разглядеть ещё труднее, чем чек на социальное пособие, — от предрассудков о том, кому вообще позволено добиваться успеха.

Получите больше: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Получайте новые идеи каждый день из более чем 100 000 уроков
Слова подсвечиваются синхронно с аудио
Ваша библиотека сохранена на всех устройствах

Глава 9

Пещера и цена выхода из неё

Томас Соуэлл, преподавал экономику в Корнеллском университете в конце 1960-х годов и заметил странную вещь: огромная часть чёрных студентов оказалась на грани отчисления. Не потому, что у них не было способностей, а потому что программы льготного поступления зачислили их в вуз с требованиями, к которым их школьная подготовка просто не была готова. Это дисбаланс, который обрекал людей на отставание вместо успеха. Оуэнс развивает эту мысль дальше: никто не добавляет очки Леброну Джеймсу, чтобы уравнять шансы соперников на баскетбольной площадке, и никто не даёт дополнительных голосов чёрным музыкантам на премии «Грэмми». В сферах, где оценивают реальные результаты, мастерство говорит само за себя. С той же реакцией — наказанием за достижения вместо их поощрения — она столкнулась намного раньше, ещё в школьной столовой. Попав в продвинутый класс, где большинство учившихся были белыми, Оуэнс начала получать толчки в коридорах и насмешки от чёрных одноклассников за то, что она «ведет себя как белая». Весь её «грех» заключался в том, что на выкрик «хей» она вежливо отвечала «здравствуйте», а не заученной фразой. Годы спустя на уроке ИЗО она спросила девушку, которая толкала её в коридорах, зачем та это делала. «Я просто думала, что ты заносчивая, — ответила та. — Не думала, что ты нормальная». Целая кампания травли строилась только на том, что Кэндес читала книги и говорила грамотно. Платон описал похожую ситуацию более двух тысяч лет назад в мифе о пещере: узники, прикованные с детства, смотрят на тени на стене. И они скорее убьют того, кто вырвался наружу и рассказал о солнечном свете, чем признают, что тени — это не весь мир. Для Оуэнс современный уровень неграмотности и культурное давление требовать соответствия — это та же пещера. И она на собственном опыте знает, что происходит с узником, который выбрался нажу. В 2018 году, когда она завтракала в кафе в Филадельфии, её и её коллегу окружили около сорока активистов движения «Антифа». Они кидали яйцами, обливали водой и орали оскорбления, пока полиция не вывела их под конвоем. Кларенс Томас во время слушаний по его утверждению в 1991 году сталкивался с похожими необоснованными обвинениями. Он назвал это тем, чем это и является для любого чёрного человека, свернувшего с указанного пути: высокотехнологичным линчеванием для тех, кто осмелился думать самостоятельно. Цепи изменили форму. Но пещера осталась на том же месте.

Глава 10

Сколько на самом деле стоит свобода

В конце Оуэнс снова возвращается к моменту из предвыборной кампании 2016 года. Дональд Трамп стоит в городе Даймондейл, штат Мичиган, смотрит на чёрных избирателей и спрашивает: «Что вам терять?» Оуэнс называет этот вопрос переломным для себя. Не потому, что он был вежливым, а как раз наоборот. Он нарушил негласное правило, по которому партия получает лояльность просто за то, что выражает сочувствие, никогда не доказывая, что её действия реально изменили жизнь людей к лучшему. И этот вопрос автор переадресует слушателю — уже безотносительно митингов и предвыборных гонок. Дело не в том, за кого вы голосуете. Дело в готовности трезво посмотреть на то, принесли ли реальные результаты десятилетия обещаний. И спросить себя, готовы ли вы перестать ждать помощи от институтов, партий или программ, а вместо этого начать строить свою жизнь самостоятельно. В 2018 году Оуэнс превратила этот подход в движение BLEXIT. В его основе легла та же убеждённость, которая когда-то увела её дедушку с табачной фермы и позволила ему построить жизнь своими руками. Жизнь, где единственным важным выбором был тот, который он делал сам каждое утро, — просто идти вперёд, несмотря ни на что. Табак всё равно нужно было раскладывать до восхода солнца. И никто не делал эту работу за него. И именно эта мысль — главный вывод книги Кэндес Оуэнс, над которым стоит задуматься.

★★★★★

Вы дочитали Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии» до конца

“Прошло 23 дня, и я пользуюсь приложением каждый день. Теперь оно стало частью моей повседневной жизни.”

jayallen

Ключевые темы: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

black conservatism
political party realignment
victimhood vs self-determination
democratic party critique
ideological independence

Лучшие цитаты — Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Black America stands at a crossroads between victimhood and victorhood.
What the hell do you have to lose?
Leftists demand economic equality that can only be achieved by restricting individual freedoms.
What she thought was freedom became bondage-what she calls leftism unleashed.
The Democrat Party's platform depends on perpetuating victim-versus-oppressor narratives.

Персонажи: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Candace OwensAuthor and political activist
Owens' grandfatherFormer sharecropper and influence on the author
Hiram RevelsThe first Black U.S. Senator
Nathan Bedford ForrestConfederate veteran and first KKK Grand Wizard

Об авторе

Кэндис Оуэнс, автор бестселлера Blackout: How Black America Can Make Its Second Escape from the Democrat Plantation («Блэкаут: как черная Америка может совершить свой второй побег с демократической плантации»), является ведущим консервативным комментатором и политическим активистом, известным своей критикой прогрессивных идеологий.

Книга, представляющая собой провокационное исследование расы, идентичности и консервативных принципов, опирается на опыт Оуэнс как основательницы движения BLEXIT и её работу в таких организациях, как Turning Point USA и The Daily Wire, где она вела популярный подкаст Candace Owens Podcast.

Выпускница Университета Род-Айленда со степенями в области английского языка и журналистики, Оуэнс давала показания перед Конгрессом, выступала на крупнейших консервативных мероприятиях, таких как CPAC, и продюсировала документальные фильмы, включая The Greatest Lie Ever Sold: George Floyd & the Rise of BLM («Величайшая ложь из когда-либо проданных: Джордж Флойд и подъем BLM»).

Её платформы в социальных сетях, насчитывающие более 25 миллионов подписчиков, усиливают её призывы к личной ответственности и политической переориентации. Книга Blackout разошлась тиражом более 500 000 экземпляров по всему миру и была переведена на несколько языков, что закрепило влияние Оуэнс в современном политическом дискурсе.

Скачать резюме книги «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Получите резюме книги «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии» в формате PDF или EPUB бесплатно. Распечатайте или читайте офлайн в любое время.

Пользователям также понравилось

Blackout

Candace Owens

Black Agenda

Anna Gifty Opoku-Agyeman

The silenced majority

Amy Goodman & Denis Moynihan

Renegades

Barack Obama and Bruce Springsteen

No Is Not Enough

Naomi Klein

Between Barack and a Hard Place

Tim Wise

Un-Trumping America

Dan Pfeiffer

The Audacity of Hope

Barack Obama

Частые вопросы про Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Узнать больше

ПЛАН ОБУЧЕНИЯ

The Citizen's Guide to Strategic Liberation

This guide is essential for activists and civic leaders seeking to understand the structural mechanics of political change. It provides a rigorous framework for those looking to transition from reactive protest to strategic, nonviolent liberation efforts.

1 h 12 m•3 Разделы

ПЛАН ОБУЧЕНИЯ

The Long Arc of Black Identity

This plan is essential for anyone interested in the intersection of genealogy, media history, and social justice. It is designed for students of African American history and storytellers seeking to understand how personal narratives can reshape national identities.

1 h 30 m•3 Разделы

ПЛАН ОБУЧЕНИЯ

The Black Tax Survival Framework

This framework is essential for professionals navigating the unique pressure of supporting extended family while trying to build personal wealth. It provides a compassionate yet structured approach to balancing cultural expectations with sustainable financial health.

1 h 12 m•3 Разделы

ПЛАН ОБУЧЕНИЯ

Oprah Lemorin: The Pop Princess

This plan offers a deep dive into the dual nature of modern stardom, focusing on the synthesis of performance art and social advocacy. It is essential for aspiring artists, cultural critics, and community organizers looking to leverage media influence for meaningful representation.

1 h 15 m•2 Разделы

ПЛАН ОБУЧЕНИЯ

The Radical Self-Worth Blueprint

This blueprint is essential for high-achievers who struggle with chronic self-criticism and burnout. It provides a structured path to decouple identity from output, benefiting anyone seeking a more resilient and compassionate relationship with themselves.

1 h 12 m•3 Разделы

ПЛАН ОБУЧЕНИЯ

Power, Inequality, and Resistance

This learning plan is essential for activists, community organizers, and social scientists seeking to dismantle systemic inequality. It bridges the gap between high-level political theory and the practical mechanics of building collective power to challenge status quo interests.

40 m•4 Разделы

ПЛАН ОБУЧЕНИЯ

Podcast: 500 Dark Psychology Books Audio

In an era of information overload and subtle coercion, understanding the mechanics of influence is a vital survival skill. This plan is designed for individuals seeking to safeguard their mental autonomy and recognize predatory behaviors in any social context.

5 h 23 m•4 Разделы

ПЛАН ОБУЧЕНИЯ

The Lucifer Effect: Situational Power

This learning plan explores the thin line between good and evil, examining how environmental factors override individual character. It is essential for leaders, educators, and social scientists seeking to prevent systemic abuse and foster ethical resilience in high-pressure environments.

1 h 30 m•3 Разделы

Создано выпускниками Колумбийского университета | в Сан-Франциско

BeFreed объединяет глобальное сообщество любознательных людей

4.7

средняя оценка

Более 7,84 тыс. оценок приложения

Сообщество BeFreed

Честно говоря, я ещё даже не изучила приложение полностью, но за последние несколько дней оно меня по-настоящему впечатлило… BeFreed — совсем другой уровень по сравнению с любыми учебными приложениями, которыми я пользовалась. Оно невероятно увлекает и действительно улучшает концентрацию — то, что нужно всем, кто бесконечно листает ленту!

@ladyInfinity

Я купил BeFreed ровно 23 дня назад и с тех пор пользуюсь им каждый день. Оно полностью встроилось в мой рабочий процесс и привычку учиться.

@jayallen

Честно говоря, приложение превзошло все мои ожидания. Я могу попросить его сгенерировать аудио на любую тему, какой бы она ни была, и результат впечатляет. Моя профессиональная область — специализация в психотерапии, она мультидисциплинарная, но ответы очень точные.

@Raguipa

Больше всего я ценю то, насколько меньше я стал листать ленту: меньше времени уходит на поиск и больше — на усвоение информации. Сочетание полных аудиокниг, подкастов и планов обучения — блестящее.

@colonyofcreatorsNGO

Я уже 24 года работаю инструктором ускоренного обучения PhotoReading… книги, чтение и обучение — моя стихия, и BeFreed отлично справился, предложив инновационный подход к подаче информации в лёгкой для восприятия форме.

@BeFreed user

Это не просто приложение с кратким содержанием книг: я попробовал режим «весёлого чтения», и это гораздо лучший пересказ и способ схватывать идеи, чем традиционный. Уже ради одного этого оно того стоит.

@austinakon

Обожаю это приложение. Пользуюсь несколько дней и не могу перестать слушать. Отличный способ начать.

@jcrules328

Мне очень нравится это приложение; я тестирую его уже около месяца и считаю настоящей находкой. Оно отлично работает, потому что в BeFreed можно создавать собственные темы, а голос замечательный — с безграничным выбором озвучек.

@DanielCZ

Честно говоря, я ещё даже не изучила приложение полностью, но за последние несколько дней оно меня по-настоящему впечатлило… BeFreed — совсем другой уровень по сравнению с любыми учебными приложениями, которыми я пользовалась. Оно невероятно увлекает и действительно улучшает концентрацию — то, что нужно всем, кто бесконечно листает ленту!

@ladyInfinity

Я купил BeFreed ровно 23 дня назад и с тех пор пользуюсь им каждый день. Оно полностью встроилось в мой рабочий процесс и привычку учиться.

@jayallen

Честно говоря, приложение превзошло все мои ожидания. Я могу попросить его сгенерировать аудио на любую тему, какой бы она ни была, и результат впечатляет. Моя профессиональная область — специализация в психотерапии, она мультидисциплинарная, но ответы очень точные.

@Raguipa

Больше всего я ценю то, насколько меньше я стал листать ленту: меньше времени уходит на поиск и больше — на усвоение информации. Сочетание полных аудиокниг, подкастов и планов обучения — блестящее.

@colonyofcreatorsNGO

Я уже 24 года работаю инструктором ускоренного обучения PhotoReading… книги, чтение и обучение — моя стихия, и BeFreed отлично справился, предложив инновационный подход к подаче информации в лёгкой для восприятия форме.

@BeFreed user

Это не просто приложение с кратким содержанием книг: я попробовал режим «весёлого чтения», и это гораздо лучший пересказ и способ схватывать идеи, чем традиционный. Уже ради одного этого оно того стоит.

@austinakon

Обожаю это приложение. Пользуюсь несколько дней и не могу перестать слушать. Отличный способ начать.

@jcrules328

Мне очень нравится это приложение; я тестирую его уже около месяца и считаю настоящей находкой. Оно отлично работает, потому что в BeFreed можно создавать собственные темы, а голос замечательный — с безграничным выбором озвучек.

@DanielCZ

Мне очень нравится, что полезную, сжатую информацию и идеи можно получить в виде аудио в стиле подкаста на 8–15 минут. Я не большой фанат подкастов из-за «воды», но здесь её нет совсем.

@BeFreed user

Я заканчиваю докторскую и вынужден читать много незнакомого материала… В BeFreed достаточно ввести запрос — приложение само находит источники и создаёт аудиоподкаст. Мне процесс в BeFreed кажется удобнее, чем в NotebookLM.

@Brad

Я часто ищу на YouTube, что послушать за завтраком, на прогулке или по дороге на работу, и BeFreed предлагает ещё более точный подход — без рекламы и без «воды»!

@BeFreed user

Самое лучшее в этой платформе — её универсальность. Нет буквально ни одной темы, которая была бы ей не по зубам. Она справляется со всем, что ей даёшь… Редко встретишь учебный инструмент без ограничений, который действительно выполняет обещания.

@jayallen

BeFreed — потрясающее приложение. Благодаря удобному дизайну я трачу меньше времени на навигацию и больше — на учёбу. Сочетание аудиокниг, подкастов и планов обучения — гениальная комбинация, которая полностью изменила мой распорядок дня.

@BeFreed user

Сначала мне понадобилось время, чтобы разобраться, как создавать подкасты на итальянском, а потом — бум! Это же великолепно! Можно попросить объяснить любую тему, и он делает это отлично и очень умно!

@matteo77

BeFreed стал моим ежедневным приложением для аудиокниг… Больше всего мне нравится, что ты вставляешь свой текст — и получаешь аудио, которое можно слушать на ходу.

@kotanzu1

Мне очень нравится, что полезную, сжатую информацию и идеи можно получить в виде аудио в стиле подкаста на 8–15 минут. Я не большой фанат подкастов из-за «воды», но здесь её нет совсем.

@BeFreed user

Я заканчиваю докторскую и вынужден читать много незнакомого материала… В BeFreed достаточно ввести запрос — приложение само находит источники и создаёт аудиоподкаст. Мне процесс в BeFreed кажется удобнее, чем в NotebookLM.

@Brad

Я часто ищу на YouTube, что послушать за завтраком, на прогулке или по дороге на работу, и BeFreed предлагает ещё более точный подход — без рекламы и без «воды»!

@BeFreed user

Самое лучшее в этой платформе — её универсальность. Нет буквально ни одной темы, которая была бы ей не по зубам. Она справляется со всем, что ей даёшь… Редко встретишь учебный инструмент без ограничений, который действительно выполняет обещания.

@jayallen

BeFreed — потрясающее приложение. Благодаря удобному дизайну я трачу меньше времени на навигацию и больше — на учёбу. Сочетание аудиокниг, подкастов и планов обучения — гениальная комбинация, которая полностью изменила мой распорядок дня.

@BeFreed user

Сначала мне понадобилось время, чтобы разобраться, как создавать подкасты на итальянском, а потом — бум! Это же великолепно! Можно попросить объяснить любую тему, и он делает это отлично и очень умно!

@matteo77

BeFreed стал моим ежедневным приложением для аудиокниг… Больше всего мне нравится, что ты вставляешь свой текст — и получаешь аудио, которое можно слушать на ходу.

@kotanzu1

Узнайте больше о том, как обсуждают BeFreed в интернете

Начните своё обучение прямо сейчас

Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Обзор: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Изучите Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии» в разных стилях обучения

Не подростковый роман, а манифест

Табачная ферма и голосовое сообщение

Следите за каждым словом во время прослушивания

Государство, которое нас подводило

Война в материнской утробе

Получите больше: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Кому из женщин верить

Фабрика страха

Следите за каждым словом во время прослушивания

Добровольная клетка

Социалистическая иллюзия

Получите больше: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Пещера и цена выхода из неё

Сколько на самом деле стоит свобода

Вы дочитали Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии» до конца

Ключевые темы: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Лучшие цитаты — Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Персонажи: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Об авторе

Скачать резюме книги «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Пользователям также понравилось

Частые вопросы про Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

What is Blackout: How Black America Can Make Its Second Escape from the Democrat Plantation about?

Who should read Blackout by Candace Owens?

Is Blackout worth reading?

What are the main arguments in Blackout?

Узнать больше

BeFreed объединяет глобальное сообщество любознательных людей

Изучите Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии» в разных стилях обучения

Не подростковый роман, а манифест

Табачная ферма и голосовое сообщение

Следите за каждым словом во время прослушивания

Государство, которое нас подводило

Война в материнской утробе

Получите больше: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Кому из женщин верить

Фабрика страха

Следите за каждым словом во время прослушивания

Добровольная клетка

Социалистическая иллюзия

Получите больше: Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии»

Пещера и цена выхода из неё

Сколько на самом деле стоит свобода

Вы дочитали Краткое содержание «Blackout: Как темнокожая Америка может совершить второй побег с плантации Демократической партии» до конца

Пользователям также понравилось

Узнать больше